Гражданско-правовые формы защиты прав кредитора

Гражданско-правовые формы защиты прав кредитора

 

Глава 1. СИНГУЛЯРНОЕ ПРАВОПРЕЕМСТВО В ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ КАК ОСНОВАНИЕ ИЗМЕНЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВООТНОШЕНИЯ

1. Общие вопросы сингулярного правопреемства в обязательстве

Современное право в интересах развития кредита не рассматривает большинство обязательств как строго личные отношения, допуская передачу прав по обязательствам в качестве общего правила и устраняя существующие препятствия для свободной передачи прав требования, особенно для целей получения финансирования.

Как отмечал Б.Б. Черепахин, к сожалению, в учении о юридических фактах уделяется внимание возникновению и прекращению правоотношения и почти не разрабатывается учение об изменении правоотношения, в том числе изменение его субъектного состава, с которым непосредственно связана проблема правопреемства.

О.А. Красавчиков указывал, что один из видов юридических фактов с точки зрения порождаемых последствий составляют факты правоизменяющие. Под правоизменяющим юридическим фактом следует понимать факт, с которым нормы права связывают изменение конкретного права. Изменение может идти, как это было указано выше, по двум линиям: по линии носителей конкретного права (обязанности) - цессия и перевод долга и по линии содержания этого права - замена исполнения.

По мнению М.А. Рожковой, в отечественной литературе отмечалось, что изменение является наиболее сложным моментом движения обязательственного правоотношения, причем решение связанных с этим вопросов не только представляет теоретический интерес, но и имеет весьма важное практическое значение. Многие авторы обращаются к вопросам изменения обязательств, однако фундаментальные исследования в этой области не проводились, а суждения, высказываемые отдельными учеными, не позволяют однозначно ответить на большинство возникающих вопросов.

По мнению П.В. Крашенинникова, перемена лиц в обязательстве может рассматриваться в разных значениях - и в качестве сделок, и в качестве вида изменения обязательства, и как способ движения имущественных прав и обязанностей.

Сингулярное правопреемство может иметь место в силу предписаний закона или же, что бывает чаще, в силу договоренности между субъектами имущественного оборота. При изменении в обязательстве кредитора ГК РФ говорит об уступке требования (на юридическом языке - цессия), в случае появления в обязательстве нового должника используется термин "перевод долга" (юридический эквивалент - делегация). В институте цессии отражаются базовые ценности гражданского права: свобода, справедливость и добросовестность.

История развития российского законодательства об уступке права требования и переводе долга восходит к дореволюционным временам. Цессия в российский дореволюционный период признавалась и юристами, и законодателем. И это подтверждает тот факт, что положения об уступке права требования нашли свое место в проекте Гражданского уложения. При этом перемене лиц в обязательстве были посвящены уже не отдельные статьи, а целая глава - "Уступка требований и перевод обязательств" (статьи 1679 - 1692).

Статьи 124 - 128 ГК РСФСР 1922 г. предусматривали возможность уступки права и перевода долга. ГК РСФСР 1964 г. содержал отдельную главу 18 об уступке требования и переводе долга, не разделенную на параграфы и ограниченную по числу норм. Так, например, в ней отсутствовали нормы о форме уступки права требования по сделкам, требующим нотариального удостоверения или государственной регистрации. Нормы о перемене лиц в обязательстве содержатся не только в главе 24 действующего ГК РФ: положения о переходе прав кредитора на основании договора финансирования под уступку денежного требования есть и в главе 43 Кодекса; нормы об универсальном правопреемстве - в статьях 58 - 60 ГК РФ, претерпевших существенные изменения за последние годы в части защиты прав кредиторов, в части третьей ГК РФ о наследовании и др. В данной статье автор не затрагивает вопросы факторинга, по вопросу которого появились в последнее время интересные научные исследования.

В римском праве, как указывал профессор Д.Д. Гримм, цессия в тесном смысле есть волеизъявление кредитора, в силу которого он переносит свое обязательственное требование на другое лицо. Цессия может быть выражена в завещательном распоряжении или в договорном соглашении. Цессия по общему правилу есть акт неформальный. Для действительности ее не требуется согласия должника. Отношение между актом цессии и основанием цессии такое же, как отношение между традицией и causa traditionis. Подобно традиции и цессия есть абстрактный акт, т.е. действительность акта цессии не зависит от действительности или неоспоримости основания цессии.

Во Франции передача прав требования урегулирована Гражданским кодексом в титуле "Продажа" (статьи 1689 - 1701 ФГК). Особенность правового регулирования передачи прав от цедента к цессионарию в соответствии с ФГК заключается в том, что договор, лежащий в основе цессии, всегда является договором купли-продажи, в котором цедент является продавцом, а цессионарий - покупателем. Из этого следует вывод, что уступка требования всегда возмездна. Судебная практика признает возможность совершения цессии безвозмездно в результате дарения. ГГУ посвятило вопросам отношений в связи с уступкой требований § 398 - 414. Новейшее законодательство Нидерландов также детально регулирует последствия передачи прав требования в статьях 142 - 149. Право Германии и Нидерландов в отличие от ФГК не устанавливает правового основания, которое должно быть положено в основу цессии, представляя этот вопрос решать самим сторонам. Вместе с тем в ГГУ в главе, посвященной договору купли-продажи, есть нормы, регулирующие продажу прав. Передавая право третьему лицу - цессионарию, цедент может руководствоваться различными соображениями личного и коммерческого характера и может передать принадлежащее ему право требования либо возмездно - продать, обменять, либо на безвозмездной основе - подарить. Для торговых сделок возмездность цессии презюмируется.

В США судебная практика и законодательство в значительной степени упростили осуществление цессии требований, отказавшись от средневековых норм, действующих до настоящего времени в праве Англии. ЕТК США исходит из признания цессии в том виде, как это понимается в праве стран континентальной Европы, устанавливая в статьях 2 - 210, что все права продавца или покупателя могут быть уступлены, за исключением случаев, когда такая уступка приводит к существенному изменению обязанностей другой стороны или к существенному увеличению бремени или риска. Разделом 9 ЕТК регулируется продажа причитающихся платежей.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

На основании пункта 1 статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств:

  • в результате универсального правопреемства в правах кредитора;
  • по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом;
  • вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем;
  • при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая;
  • в других случаях, предусмотренных законом.

К отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила настоящего ГК РФ об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено ГК РФ, другими законами или не вытекает из существа отношений.

По мнению Л.А. Новоселовой, цессия - это юридическое действие (акт), результатом которого является перемена кредитора в обязательстве и, следовательно, перемещение права требования из имущества одного лица (первоначального кредитора, цедента) в имущество другого лица (нового кредитора, цессионария).

По мнению В.А. Белова, юридические факты - основания как сингулярного, так и универсального правопреемства в обязательстве - могут быть весьма разнообразными; наиболее известными фактами такого рода являются, конечно, сделки уступки требования (цессии).

По мнению В.В. Почуйкина, основной принцип уступки права требования должен звучать так: по общему правилу всякое обязательственное право требования может быть уступлено кредитором другому лицу, недопустимость уступки права требования в силу природы (характера, сущности) данного права требования либо в силу прямого запрещения законом - это исключение.

В институте цессии наиболее наглядно выражен принцип свободы договора, что нашло отражение и в литературе.

Ю.В. Романец справедливо указывает, что гражданское право в силу особенностей предмета и метода имеет наибольшие возможности для достижения свободы как цели и использования свободы как средства. Гражданское право, регулирующее отношения по поводу принадлежности и обмена материальными и иными благами, состоит преимущественно из дозволительных норм. Главным результатом его регулирующего воздействия является не наложение запретов и не обязывание, а наделение правами. Определяющими чертами гражданско-правового метода считаются правонаделительная направленность, а также правовая инициатива и диспозитивность, выражающиеся в предоставлении субъектам возможности свободно принимать собственные правовые решения. Социальная ценность гражданского права состоит в том, что оно путем правонаделения и наделения правовой свободой, с одной стороны, обеспечивает удовлетворение потребностей и интересов граждан, а с другой - стимулирует их активность по созданию материальных и духовных благ, посредством которых эти потребности и интересы удовлетворяются.

Ю.В. Романец справедливо отмечает, что закон должен раскрывать перед людьми горизонты нравственно достойного поведения, создавать для него правовые возможности и ни в коем случае не препятствовать этому. Юридическое регулирование должно поощрять добросовестное поведение, построенное на началах доброжелательного стремления к сотрудничеству и уважения прав и законных интересов других людей.

В.В. Почуйкин полагает, что субъектами в обязательственном правоотношении являются кредитор и должник; объект обязательственного правоотношения - поведение, действия субъектов; субъективное право - право требования кредиторов; субъективная обязанность - долг должника. Учитывая это обстоятельство, изменение кредитора в отдельно взятом правоотношении влечет переход к новому кредитору права требования к должнику, а изменение должника - переход долга к новому должнику.

По мнению Р.С. Бевзенко, сама по себе цессия - уступка права - представляет собой распорядительную сделку, влекущую в качестве последствия перемену лица в обязательстве. Однако одна лишь эта сделка в силу ее, как правило, абстрактного характера не всегда может объяснить, почему и на каких условиях произошла уступка - было ли право продано, подарено, обменяно на иное право и т.п. Для этого необходимо наличие обязательственного договора, например договора купли-продажи, мены, дарения права. Однако сказанное не означает, что стороны должны обязательно заключать два соглашения - одно о самой уступке, другое - об условиях уступки. Они вполне могут быть объединены в один документ.

На сегодняшний день вопрос об абстрактности цессии является дискуссионным, причем существуют две противоположные позиции, каждая из которых имеет своих сторонников. Абстрактность цессии доказывают в своих работах большое количество исследователей.

По мнению О.Н. Садикова, правовая природа уступки требования в литературе оценивается по-разному. Одни авторы считают, что цессия представляет собой особую сделку абстрактного характера. Другие отождествляют ее с той сделкой, на которую опирается переход права, составляющий предмет цессии, т.е. купля-продажа, дарение. Обоснованность этой второй точки зрения усматривается в том, что нормы ГК о цессии не регламентируют достаточно полно отношения между старым кредитором и новым, а придание цессии качества особого договора позволяло бы обходить в предпринимательских отношениях запрет дарения, установленный статьями 575, 576 ГК РФ. Однако текст ГК РФ не подтверждает приведенные соображения, и к отношениям при уступке требования нет необходимости применять сложный набор правовых норм о купле-продаже или дарении, поскольку цессия - более простая юридическая сделка, а возникающие в этом случае вопросы могут решаться на основании общих правил о сделках и договорах. Нарушения правил статей 575, 576 ГК РФ могут устраняться посредством применения нормы о недопустимости обхода закона и злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ).

По мнению Е.А. Суханова, сделка, лежащая в основе цессии, имеет своим предметом принадлежащее кредитору право требования. Она может быть как возмездной, так и безвозмездной и соответственно односторонней или двусторонней, консенсуальной либо реальной и т.д. Сама же цессия (уступка требования) представляет собой обязательство (правоотношение), возникшее из этой сделки и обычно отождествляемое со своим исполнением. М.И. Брагинский убедительно доказывает, что договор цедента с цессионарием является не особым гражданско-правовым договором, а договором купли-продажи прав либо их мены, дарения, факторинга и т.д. В современной литературе распространились вызывающие принципиальные возражения попытки представить цессию в качестве особой распорядительной сделки, отличающейся от обязательственного соглашения о передаче прав и носящей абстрактный, оторванный от него характер. Они основаны на германских правовых подходах, относящих абстрактные распорядительные сделки по исполнению обязательств к числу неизвестных другим европейским правопорядкам вещных договоров, которые существуют наряду с традиционными обязательственными договорами вне обязательственных правоотношений. Такой подход также противоречит сложившимся в отечественной цивилистике представлениям о договоре (сделке) как о юридическом факте (поскольку распорядительная сделка не порождает никаких новых прав и обязанностей).

По мнению Л.А. Новоселовой, в отношениях, складывающихся при уступке прав требования, можно выделить:

  • обязательство, из которого возникли права, являющиеся предметом уступки (далее - основное обязательство);
  • сделку, на основании которой прежний кредитор передает новому кредитору имущество в виде права требования (договор - основание передачи);
  • сделку цессии (уступки права требования) как акта, действия первоначального кредитора по передаче права другому лицу.

Л.А. Новоселова отмечает, что сделка уступки права требования является сделкой, влекущей передачу (переход) права от правообладателя (первоначального кредитора, цедента) к правоприобретателю (новому кредитору, цессионарию). Это распорядительная сделка, которая не создает каких-либо обязательственных правоотношений между его участниками, поскольку преследуемая при его заключении цель - переход права достигается, как правило, непосредственно в момент ее совершения. Во избежание серьезных негативных последствий в правоприменительной практике при употреблении этих понятий необходимо четко различать, о какого рода договоре (сделке) идет речь в каждом конкретном случае. В связи с этим в Обзоре проводится четкое разграничение между собственно сделкой уступки права (требования) как сделкой распорядительной и соглашением об уступке - обязательственной сделкой, на основании которой осуществляется переход права.

Как указывал Б.Б. Черепахин, существенное разнообразие представляет юридический состав правопреемства в обязательстве. В него могут входить сделки, специально направленные на данное правопреемство или имеющие иную основную цель, но вместе с тем приводящие к правопреемству в обязательстве.

К.А. Горбатов отмечает, что принцип абстракции в отношении второй (распорядительной) сделки делает ее независимой от первой (обязательственной) сделки и, следовательно, в случае недействительности обязательственной сделки распорядительная сделка остается действительной. Тем самым законодательно поддерживается гражданский оборот. В настоящее время современными российскими авторами предлагается перенять опыт германского законодателя в отношении разделения цессии на обязательственную и распорядительную сделку (при этом в качестве обязательственной сделки выступает, например, договор купли-продажи имущественного права (пункт 4 статьи 454 ГК РФ), а распорядительной - сама сделка цессии, регулируемая статьями 382 - 390 ГК РФ) и признать распорядительную сделку абстрактной.

По мнению Л.А. Новоселовой, совершение распорядительной сделки для исполнения существующего обязательства не является чем-то необычным, такого рода отношения в современном обороте весьма распространены. Нередко сделка цессии и договор, служащий для нее основанием, совершаются одновременно и оформляются единым документом, фактически сливаясь. Но юридически и в этих случаях мы имеем дело с двумя сделками. Например, соглашение может предусматривать, что цедент уступает цессионарию определенное право требования, а последний обязуется передать цеденту такое-то имущество (денежную сумму). Это соглашение о купле-продаже права, совмещенное с актом (сделкой) передачи имущества. Природа названного соглашения сходна с договором купли-продажи материальной индивидуально-определенной движимой вещи, предусматривающим, что право собственности на нее переходит к покупателю с момента заключения договора. Сделка цессии, как уже отмечалось, совершается по единым правилам, не зависящим от причин передачи права. Эту сделку нельзя охарактеризовать ни как возмездную, ни как безвозмездную, поскольку данные характеристики определяют сделки, являющиеся основанием передачи.

В.В. Байбак указывает, что наиболее активно абстрактность цессии отстаивают представители ярославской цивилистической школы. При этом они ссылаются на статью 1106 ГК РФ, а также на разработки немецкой доктрины гражданского права, к которым тяготеет российское право.

По мнению Л.А. Новоселовой, целью рассматриваемой сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию). Исходя из этого можно определить и существенные условия такой сделки - это указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает (или уступает) такое-то право требования, а цессионарий соглашается принять (или принимает) это право. Наиболее важным в подобных сделках является определение самого субъективного обязательственного права, которое подлежит передаче. Для этого, как правило, достаточно указать кредитора и должника в обязательстве, основание возникновения требования, предмет и содержание права требования.

Как отмечал Б.Б. Черепахин, за время действия правоотношение может претерпеть то или иное изменение в содержании или в субъектном составе, сохраняя прочие свои черты, продолжая существовать в измененном виде. В обязательственном правоотношении изменение субъектного состава может заключаться в смене кредитора (субъекта права), в замене должника (субъекта гражданско-правовой обязанности), а также в перемене участника в двухстороннем обязательстве, являющегося одновременно кредитором и должником (субъектом права и обязанности).

Предметом передаваемых прав чаще всего являются денежные требования, и назначение цессии состоит в проведении взаимных расчетов. Предметом цессии могут быть и другие обязательства, например о выполнении работ или оказании услуг. Однако уступка требования допускается в отношении не всех прав. В соответствии со статьей 383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Указанный подход соответствует общим принципам, сложившимся в международной коммерческой практике. Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА (далее - Принципы УНИДРУА) предусматривают, что согласия должника не требуется, если только обязательство в конкретных обстоятельствах не носит существенно личный характер (пункт 2 статьи 9.1.7). В комментарии отмечается, что данное исключение вводится для случая, когда уступаемое право относится к обязательству существенно личного характера, т.е. праву, которое было предоставлено должником специально кредитору. Эта характеристика препятствует тому, чтобы такое право было передано без согласия должника, поскольку было бы неоправданным обязывать должника исполнять обязательство в пользу другого лица.

Как отмечал Б.Б. Черепахин, при переходе субъективного права от праводателя к правопреемнику происходит замена активного субъекта в изменяемом правоотношении. При переходе гражданско-правовой обязанности от первоначального должника к его преемнику имеет место смена пассивного субъекта в правоотношении. В том и другом случае основная юридическая характеристика переходящего права и переходящей обязанности остается без изменения. Таким образом, правопреемство является производным приобретением субъективного права или гражданско-правовой обязанности. Характеризующим признаком такого правоприобретения в отличие от первоначального правоприобретения является связь между приобретенным правом или обязанностью в первоначальном правоотношении.

В.А. Белов задает вопрос: как заключить такой договор в отношении солидарного долга? Ответ на него может быть только один: лицо, принимающее на себя долг по соглашению с кредитором (новый должник), должно заместить собой (освободить) одновременно всех содолжников - участников солидарного обязательства. Только при таком условии договор уступки солидарного долга может считаться состоявшимся. Объяснение этому опять же очевидное: в результате любой сделки - будь то договор о переводе или же об уступке долга - происходит замена всей пассивной стороны солидарного обязательства. Не отдельного ее соучастника - такой институт нашему законодательству неизвестен, а всей стороны целиком.

Пунктом 5 статьи 388 ГК РФ определено, что "...солидарный кредитор вправе уступить требование третьему лицу с согласия других кредиторов, если иное не предусмотрено соглашением между ними".

По мнению М.В. Телюкиной, если речь идет о цессии, происходит замена стороны в обязательстве, т.е. зачет осуществляется по обязательствам, не имеющим одних и тех же субъектов. Этим и вызвано специальное указание в законе на то, что должник при цессии может зачесть свое требование к цеденту (первому кредитору) против требования цессионария (нового кредитора). Причем зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему на момент получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до получения уведомления либо не был указан или определялся моментом востребования (что соответствует положениям статьи 386 ГК РФ).

Например, Определение Верховного Суда РФ от 25.09.2015 № 307-ЭС15-6545, где сделаны следующие выводы.

В силу статьи 412 Гражданского кодекса РФ в случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору, если основания для таких требований возникли и срок такого требования наступил ранее, чем момент получения должником уведомления об уступке.

Односторонний зачет требований по уплате неустойки к встречному требованию об уплате основного долга не противоречит закону, так как такие требования являются однородными.

Из статей 407, 410 Гражданского кодекса РФ следует, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору (статья 412 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм последствием уступки требования является замена кредитора в конкретном обязательстве (а не стороны в договоре), в содержание которого входит уступленное требование. При этом требование должника, которое предъявляется к зачету, не является встречным по отношению к новому кредитору; новому кредитору может быть неизвестно о наличии у должника права на прекращение обязательства в целом или части зачетом; зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Из принципов равенства участников гражданских отношений, свободы договора, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса РФ) следует, что перемена кредитора в обязательстве не должна ухудшать положение должника. Возражения, которые должник имел против требований первоначального кредитора, существовавшие к моменту получения уведомления об уступке, могут быть заявлены новому кредитору.

К моменту получения обществом "Северсталь" уведомления об уступке требования обязанность общества "Евросити" выплатить неустойку существовала. Общество "Северсталь" правомерно противопоставило требованию общества "Вектор" (нового кредитора) заявление о зачете его требования, имевшегося к обществу "Евросити" (прежнему кредитору).

Следовательно, обстоятельства, установленные судами, подтверждали соблюдение обществом "Северсталь" всех условий, необходимых для проведения зачета. Однако в нарушение статей 386, 412 Гражданского кодекса РФ апелляционный и окружной суды не признали зачет состоявшимся.

В литературе существует мнение, что если новым кредитором будет не другая кредитная организация, а любое иное юридическое лицо, возможность замены кредитора по кредитному договору отсутствует, поскольку тот факт, что кредитором выступает специальный субъект - кредитная организация, имеющая лицензию Банка России и поднадзорная ему, имеет существенное значение для заемщика. Более того, некоторые авторы приходят к выводу, что уступка права требования возврата долга по кредитному договору лицу, не являющемуся кредитной организацией, противоречит не только природе кредитного договора, кредитной операции, но и требованиям закона.

Вместе с тем представляется, что данная позиция не совсем корректна. Во-первых, возврат кредита и уплата по нему процентов в отличие от предоставления кредита не относятся к банковским операциям, подлежащим обязательному лицензированию. Во-вторых, обязательство заемщика является денежным по своей природе, в котором личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Долгое время оставался предметом дискуссий вопрос о допустимости уступки права (требования) полностью или в части юридическим лицом, обладающим специальной правоспособностью (например, банком), другому лицу. Наконец, Высший Арбитражный Суд РФ определил: уступка банком прав кредитора по кредитному договору юридическому лицу, не являющемуся кредитной организацией, не противоречит законодательству.

Ограничивать передачу прав по дополнительному обязательству не следует, поскольку это противоречит сущности самого обязательства и института его обеспечения. Кредитор вправе уступить их другому лицу в том же объеме и на тех же условиях, в каком они принадлежали ему на момент передачи. Для заемщика-потребителя это означает, что к новому кредитору переходят не только права требования по основному долгу и процентам, но и права на обеспечение основного обязательства, например на предмет залога.

Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются ГК РФ и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Согласно пункту 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

На основании пункта 3 статьи 389.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором, цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования. В этом выражается принцип справедливости гражданско-правовых отношений, которые по общему принципу должны быть эквивалентны.

Согласно пункту 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

По мнению Л.В. Новоселовой, согласие должника является односторонней сделкой, т.е. сделкой, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (пункт 2 статьи 154 ГК РФ). В некоторых случаях согласие должника на уступку может быть предусмотрено в основном договоре. Например, в договор, который по своей природе допускает уступку только с согласия должника, может быть включено условие, допускающее уступку права требования кредитором определенному лицу или лицам. В этом случае согласие должника становится частью договора, и к данному условию применяются правила о договоре. На практике, как правило, одобрение оформляется письменно, для того чтобы устранить неопределенность и облегчить доказывание факта наличия или отсутствия согласия.

Если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

В данном условии тоже отражается принцип добросовестности гражданско-правовых отношений.

На основании пункта 2 статьи 382 ГК РФ предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

В соответствии с пунктом 4 статьи 382 ГК РФ первоначальный кредитор и новый кредитор солидарно обязаны возместить должнику - физическому лицу необходимые расходы, вызванные переходом права, в случае если уступка, которая повлекла такие расходы, была совершена без согласия должника. Иные правила возмещения расходов могут быть предусмотрены в соответствии с законами о ценных бумагах.

В.В. Байбак указывает, что ни в одном из ведущих международных правовых источников не только нет такого набора ограничений на возмещение расходов, связанных с переходом права кредитора к другому лицу, но и используются прямо противоположные подходы. В Принципах европейского частного права предлагается дифференцированное решение: 1) при уступке денежного требования цедент обязан компенсировать любому должнику любые дополнительные расходы, которые возникнут у должника, в связи с изменением места исполнения; 2) при уступке неденежного требования место исполнения вообще не меняется (пункт 2 статьи III.-5:117 Принципов европейского частного права). Принципы УНИДРУА в рассматриваемом вопросе еще лаконичнее: цедент или цессионарий обязаны компенсировать должнику любые дополнительные расходы, вызванные цессией (статья 9.1.8 Принципов УНИДРУА).

В соответствии с пунктом 1 статьи 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

Приведем в качестве примера следующее Определение Верховного Суда РФ от 08.06.2015 № 304-ЭС14-8595, в котором ВС РФ сделал следующие выводы.

1. При уступке требований, часть из которых является недействительными или несуществующими, судам следует применять пункт 1 статьи 466 Гражданского кодекса РФ, согласно которому, если продавец передал в нарушение договора купли-продажи покупателю меньшее количество товара, чем определено договором, покупатель вправе, если иное не предусмотрено договором, либо потребовать передать недостающее количество товара, либо отказаться от переданного товара и от его оплаты, а если товар оплачен, потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

2. Сам по себе факт отказа в удовлетворении иска цессионария к должнику не свидетельствует о передаче новому кредитору несуществующего требования. Факт передачи несуществующего требования не может доказываться лишь ссылками на наличие в суде нерассмотренного спора между новым кредитором и должником. Для разрешения вопроса о действительности уступленного требования в каждом конкретном случае необходимо устанавливать основания отказа в иске (если имеется соответствующее решение суда и оно вступило в законную силу) либо анализировать отношения кредитора с должником и их развитие (в отсутствие судебного решения).

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Передача недействительного требования по смыслу пункта 1 статьи 390 Гражданского кодекса РФ рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке требования.

При этом под недействительным требованием судебная практика понимает как требование, которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее требование (например, прекращенное надлежащим исполнением) (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 № 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке требования влечет ответственность передающей стороны. Положения параграфа 1 главы 30 Гражданского кодекса РФ действительно применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав (пункт 4 статьи 454 Гражданского кодекса РФ).

В рассматриваемом случае общество, обращаясь в суд, указало на то, что ряд переданных ему требований являлись несуществующими, т.е., по сути, ссылалось на то, что договорное обязательство по передаче требований не было исполнено в этой части. Подобная ситуация не является сходной с ситуацией передачи недоброкачественного товара, и поэтому к ней не могли быть применены правила статьи 475 Гражданского кодекса РФ.

Аналогичные по содержанию отношения урегулированы пунктом 1 статьи 466 Гражданского кодекса РФ, согласно которому, если продавец передал в нарушение договора купли-продажи покупателю меньшее количество товара, чем определено договором, покупатель вправе, если иное не предусмотрено договором, либо потребовать передать недостающее количество товара, либо отказаться от переданного товара и от его оплаты, а если товар оплачен, потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

Сам по себе факт отказа в удовлетворении иска цессионария к должнику не свидетельствует о передаче новому кредитору несуществующего требования. Тем более факт передачи несуществующего требования не может доказываться лишь ссылками на наличие в суде нерассмотренного спора между новым кредитором и должником. Для разрешения вопроса о действительности уступленного требования в каждом конкретном случае необходимо устанавливать основания отказа в иске (если имеется соответствующее решение суда и оно вступило в законную силу) либо анализировать отношения кредитора с должником и их развитие (в отсутствие судебного решения).

В ситуации, когда новый кредитор получил исполнение от должника, переданное ему требование не может быть признано несуществующим, а договор цессии, прекращенный надлежащим исполнением (статья 408 Гражданского кодекса РФ), не может быть расторгнут. В таком случае новый кредитор не вправе требовать возврата уплаченной по цессии суммы.

Также следует учитывать, что указание в других судебных актах судов общей юрисдикции на отказ цессионарию в иске по мотиву совпадения должника и кредитора в одном лице, возникшего после заключения спорных договоров цессии и совершения других действий, в отсутствие иных доказательств не является свидетельством передачи несуществующих требований. С учетом этого судам надлежало выяснить, обоснованными или нет являются утверждения общества о передаче ему несуществующих требований, вступило ли данное общество в права нового кредитора по отношению к должникам-заемщикам, реализовывало ли оно фактически данные права, в том числе получая отступное, вызвано ли вынесение судами общей юрисдикции решений об отказе в иске действиями самого общества либо обусловлено передачей ему порочных требований.

На основании пункта 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия:

  • уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием;
  • цедент правомочен совершать уступку;
  • уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу;
  • цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 390 ГК РФ, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

В данном условии тоже отражается принцип справедливости гражданско-правовых отношений. По сути, это реституция денежного долга и убытков. Ответственность же может принять вид возмещения убытков или одностороннего отказа цессионария от договора уступки (включая фактически исполненный и тем самым вроде бы прекращенный договор) с возвратом всего переданного по нему (пункт 3 статьи 390 ГК РФ).

На основании пункта 4 статьи 390 ГК РФ в отношениях между несколькими лицами, которым одно и то же требование передавалось от одного цедента, требование признается перешедшим к лицу, в пользу которого передача была совершена ранее.

В новой редакции ГК РФ решена проблема нескольких уступок одного и того же требования (установлен приоритет по старшинству уступок). В прежней редакции Гражданский кодекс не содержал никаких правил относительно последствий ситуации, когда кредитор уступает одно и то же требование несколько раз разным лицам. Между тем эта ситуация требовала особого регулирования, потому что должник оказывался в затруднительном положении: ему важно было понимать, кому из обратившихся к нему цессионариев он должен исполнить обязательство, чтобы исполнение считалось надлежащим и другие цессионарии не могли потребовать от него вторичного исполнения.

По мнению В.А. Белова, предписания пункта 4 статьи 390 ГК РФ указывают о последствиях совершения одним и тем же цедентом нескольких уступок одного и того же требования различным лицам. Это еще одна абсолютная для нашего права новация, которую важно не путать с пунктом 2 статьи 385, там идет речь о нескольких последовательных уступках (от А к Б, от Б к В, от В к Г и т.д.), а в случае, описанном в пункте 4 статьи 390, наоборот, о нескольких параллельных (от А к Б, от А к В, от А к Г и т.д.). В таком случае "...требование признается перешедшим к лицу, в пользу которого передача была совершена ранее", т.е. применяется принцип старшинства. Соответственно, должник вправе исполнить цессионарию по самой ранней из уступок, не вникая во все последующие.

На основании пункта 4 статьи 390 ГК РФ в случае исполнения должником другому цессионарию риск последствий такого исполнения несет цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее.

В данном условии тоже отражается принцип добросовестности гражданско-правовых отношений.

Далее – 2. Допустимость уступки права требования при запрете на уступку в обязательстве между первоначальным кредитором и должником